Видеть через ощущения
Кто и как учит незрячих и слабовидящих детей
В спецшколе №77 в Ташкенте учатся незрячие и слабовидящие дети. Преподаватели, в том числе с аналогичными нарушениями зрения, учат школьников «видеть» мир через осязание. Помогают в этом коррекционные предметы. «Газета.uz» рассказывает о людях, чья работа — научить детей жить, доверяя ощущениям.
В спецшколе №77 в Ташкенте учатся незрячие и слабовидящие дети. Преподаватели, в том числе с аналогичными нарушениями зрения, учат школьников «видеть» мир через осязание. Помогают в этом коррекционные предметы. «Газета.uz» рассказывает о людях, чья работа — научить детей жить, доверяя ощущениям.
Учебное здание специализированной школы №77 наполнено светом и красками. Вдоль коридорных стен, расписанных детскими рисунками, тянутся деревянные поручни. Они должны помогать школьникам перемещаться, но дети почти не нуждаются в них, потому что учатся или уже умеют свободно ориентироваться в пространстве. Школьники самостоятельно либо держа друг друга под локоть находят учебные классы, поднимаются по лестницам, выходят во двор школы.
В учреждении обучаются 367 учеников с разных уголков республики. На территории есть общежитие. В нём проживают учащиеся из регионов, а также дети из столицы, чьи родители не могут ежедневно привозить их и забирать домой. В выходные некоторые школьники уезжают домой, но многие видятся с близкими лишь на каникулах.

В школу принимают с семи лет, но для шестилетних есть подготовительные классы. Заведующая учебной частью Анора Кадырова объяснила, что подобные учебные заведения действуют во всех регионах Узбекистана. Как и в общеобразовательных школах, дети здесь учатся 11 лет с упором на гуманитарные науки. В школе есть русскоязычные и узбекоязычные классы.

Незрячие и слабовидящие дети тоже «видят» мир. Этому их обучают 72 преподавателя и 56 воспитателей. Половина учителей — выпускники спецшколы. Корреспондент «Газеты.uz» узнал, как они учат ощущать мир.
Зулайхо Хуснутдинова
учитель предмета «Ориентировка в пространстве»
Зулайхо Хуснитдинова обучает детей самому необходимому для жизни навыку. Она достает с полки пачку силиконовых советских карт с макетами улиц. Фактура карт позволяет наощупь распознать геометрию улиц, расположение светофоров, пешеходных переходов, автомобилей. Без них ребёнок не имел бы представления об окружающей среде.

«Раньше мой предмет называли „хасса“ (с узбекского “трость” — ред.), но это несправедливое название, потому что дети и взрослые ориентируются в пространстве не только тростью, но и всем телом», — объясняет она.

С советских времён улицы Ташкента изменились, а ситуация на них с каждым годом становится всё менее контролируемой и всё более опасной. Несмотря на это, карты всё равно помогают детям представлять улицы, когда незрячие и слабовидящие школьники попадают в незнакомое пространство, рассказывает педагог. По её словам, помочь с ориентировкой просят даже выпускники школ. Оказавшись в незнакомом месте, они звонят учителю.
«Ориентировке в пространстве я обучаю детей, начиная с подготовительных классов вплоть до девятого. В начальных классах учимся работать со своим телом в микропространстве, к примеру, небольшой комнате, за рабочим столом. В 3-4 классах учимся ориентироваться в учебных классах, жилых помещениях, на территории школы. В этом же возрасте дети начинают пользоваться тростью. А в 6-7 классах учимся ориентироваться на улицах, за пределами школы».

Перед тем, как выйти на улицу, важно научить детей преодолевать свои страхи и комплексы, рассказала Зулайхо Хуснитдинова. Они есть у многих, поэтому учащиеся работают с макетами улиц. Помимо них, в арсенале педагога есть миниатюрные модели архитектурных памятников — они прививают детям чувство прекрасного.

«Но важнее всего научить детей просить помощь у окружающих, — говорит Зулайхо Хуснитдинова. — Для этого ребёнка нужно научить взаимодействовать с незнакомыми людьми и правильно подавать SOS-сигнал — вертикально поднять трость перед собой. Мы объясняем, что лучше попросить помощь, чем заблудиться».
Трость, по словам Зулайхо Хуснитдиновой, — руль незрячего человека
Детей учат скользящей, диагональной и маятниковой техникам пользования тростью. Диагональный метод применяется в знакомых пространствах, а скользящий и маятниковый — в незнакомых. Трость не только направляет, но и предостерегает от опасностей, которыми в мире незрячего человека являются даже небольшие препятствия. Даже маленькая яма может привести к травмам.
«Если ребёнок заметил арык или лоток, мы советуем определить его ширину и вероятную глубину, прежде чем сделать шаг вперед. Если самому переступить препятствие не получается, то мы советуем детям просить помощь у окружающих».
Трость должна соответствовать росту ребенка, отметила Зулайхо Хуснитдинова. В вертикальном положении она должна быть не выше грудной клетки.

«Стержень надо держать как карандаш при письме указательным пальцем, — показывает педагог. — “Руль” управляется кистью».
Важными сигналами для незрячего человека являются запахи и звуки. Аромат свежей лепёшки говорит о том, что рядом есть пекарня.

«Из поворота к нашей школе, после посольства Ирана, резко дует ветер. Это может быть сигналом того, что рядом родная школа».
реклама
реклама
Дильфуза Рахманова
Педагог по развитию мелкой моторики
Кабинет по развитию мелкой моторики обставлен множеством разных предметов. В арсенале преподавателя есть прищепки, миниатюрная мебель, пластиковая посуда, игрушки, силиконовые мячики с шипами размером с ладонь.

«У меня учатся разные дети. Есть такие, которые затрудняются открыть прищепку — до того руки у них слабенькие. В основном мой урок для незрячих, но были в практике и слабовидящие», — рассказывает Дильфуза Рахманова.

На её уроках дети работают с пластилином, тестом или геометрическими фигурами. Так они учатся осязать. Это важно для чтения по шрифту Брайля. Чем мельче предмет, тем лучше навыки чтения, говорит педагог.
«Развитие мелкой моторики необходимо для того, чтобы дети научились читать и читали эффективней, ведь они читают руками, а не глазами, — пояснила Дильфуза Рахманова. — Сначала мы делаем упражнения для повышения чувствительности пальцев, потом работаем с мелкими предметами, прищепками, а потом переходим уже к основной части — чтению. Лучше всего дети осваивают шрифт Брайля дидактическими играми. Я прячу мелкие предметы в большой мешок, а они ищут заданный объект и вытаскивают».
Читать учатся в том числе на дощечке, имитирующей строку под шрифт Брайля. Доска разделена на несколько клеток. В каждой по шесть отверстий. Дильфуза-опа учит детей осязать их. В каждое отверстие вставляются грибочки, которые имитируют точки, поскольку читать шрифт Брайля можно только по выпуклым точкам.
Николай Макаркин
учитель математики, геометрии и информатики
Николай Макаркин — незрячий выпускник школы №77. После выпуска из Ташкентского государственного педагогического университета он вернулся работать в родную школу.

Учитель держит в руках смартфон с потушенным экраном. Он проводит пальцем по экрану так, словно видел его, хотя зрение потерял в 1992-м или 1993 году в результате ожога. Смартфонов тогда не было.

«Настройки, специальные возможности», — в ускоренном режиме говорит металлический женский голос, который доносится из динамика телефона. Учитель снижает скорость воспроизведения звука, повышает яркость экрана и показывает его.
«В телефоне установлен скринридер TalkBack — это программа, которая считывает и озвучивает текст. Она помогает детям осваивать электронные гаджеты. На компьютерах на системе Windows установлена программа NVDA», — рассказывает Николай Макаркин.

По его словам, в работе с компьютером незрячие в основном взаимодействуют с клавиатурой — без мышки. В первую очередь нужно научиться правильно расставлять пальцы на клавиатуре. Её можно разделить на несколько блоков.
«Начинаем с крайнего левого угла: клавиши ALT, Windows, CTRL. Далее обучаем запоминать расположение клавиш выше и по нарастающей. Вне зависимости от зрения ребенка, каждый осваивает blind typing (метод набора текста вслепую – ред.)», — поясняет Николай Макаркин.

Монитором сам учитель не пользуется, но слабовидящие дети, чьё зрение позволяет работать с монитором, используют его.
«В широком смысле гаджеты — смартфоны, компьютеры — дают нам доступ к информации», — говорит Николай Макаркин
Помимо информатики, он преподаёт геометрию и математику. Пластиковые геометрические фигуры помогают детям понять их форму.

«Конечно, не все геометрические тела, которые фигурируют в задачах, возможно потрогать, но все-таки, можно примерно объяснить», — говорит учитель.
Математические задачи дети решают в специальной тетради для письма по Брайлю. Для набора текста используется острый грифель, с помощью которого на бумаге протыкаются точки, а также металлический трафарет в 18 строк и 24 клетки — за ним закрепилось название «прибор».

«Слабовидящие дети решают задачи на доске. Решения я проверяю на слух», — рассказал Николай Макаркин.
Абдуллох Исломов
учитель узбекского языка и литературы
На рабочем столе Абдуллоха Исломова среди множества тетрадей лежит толстая книга с портретом Алишера Навои на обложке. Открыв ее, зрячий человек ожидает увидеть буквы, но страницы белые и пустые. Под лучами солнца видны выгравированные грифелем точки.


Напротив Абдуллох-ака сидят две ученицы: одна слабовидящая, другая — незрячая. Их пальцы скользят по бумаге. Они читают газели Захириддина Мухаммада Бабура и заучивают их.

«Я пришел учиться [в эту школу] в 1981 году. Помню, у входа висел репродуктор. По утрам я слушал новости и песни. Когда зрячих учителей забирали на хлопок, их заменяли молодые секретари. Они читали нам узбекские сказки. Да и время было другое — ни гаджетов, ни телефонов. Мы читали взахлеб. В 4-м классе я читал узбекские и турецкие народные сказки, а с 5 класса — узбекскую художественную литературу».
Однажды учитель Абдуллоха Исломова задала написать сочинение по одному произведению. Он написал 24 листа шрифтом Брайля и был уверен, что получит «5», но учительница поставила «4».

«Удивившись, я спросил причину, на что она ответила: “Уж больно много слов ты использовал, чтобы выразить мысль. Надо писать короче”. Я думал, что чем больше пишешь, тем лучше твоя работа».

За два года до окончания школы Абдуллох Исломов потерял маму. Ему было всего 17 лет. Несмотря на это, в последний учебный год ему удалось стать участником Республиканской олимпиады по узбекскому языку и литературе, в которой он занял третье место. Вскоре родственники вычитали в газете заметку о том, что победители олимпиады будут приняты в вузы на льготной основе.

«Я был так рад, что Бог одарил меня такой возможностью. После 9-го класса я планировал работать на заводе по изготовлению крышек для стеклянных банок, но оказался в Ташкентском государственном педагогическом университете имени Низами», — рассказал Абдуллох Исломов.
реклама
реклама
Среди 35 студентов он был единственным незрячим. Во время лекций стучал грифелем. Учителя от незнания поначалу ругались: «Кто там стучит!». Но вскоре привыкли, и если не слышали стуков, говорили: «Ты почему не записываешь?».

Учителем в родной школе Абдуллох Исломов смог стать благодаря тому, что родственники прописали его в Ташкенте. Иначе ему, скорее всего, пришлось бы уехать домой в Джизак, ведь найти работу незрячему человеку не так-то просто.

Абдуллох Исломов рассказал, что в спецшколе узбекский язык и литературу преподают по той же программе, что и в общеобразовательных школах.

«Наши учебные программы на латинском языке адаптированы под язык Брайля. Типография предоставляет нам все учебные материалы. Для нас создано много возможностей», — говорит он.
Учитель считает, что суть изучения литературы не просто в том, чтобы заучивать факты и знать героев произведений, а уметь применять мудрость, которая позволяет им преодолевать жизненные трудности.

«Во время уроков я спрашиваю детей о том, что бы они сделали на месте героев. К примеру, в своих новеллах «Дела земные» Уткир Хошимов рассказывает о роли матери в жизни. Через образ, который создал писатель, я рассказываю, какие сложности преодолевают матери незрячих детей. Ведь им приходится тяжелее, чем матерям зрячих. Наши матери больше переживают, вольются ли в общество их дети, найдут ли они своё место в жизни. Моя мама хотела, чтобы я был частью общества: брала меня на свадьбы и в гости. Мама любила меня по-другому».
Текст подготовил Жахонгир Азимов.
Фотографии: Мадина Аъзам / «Газета.uz».

Все права на текст и графические материалы принадлежат изданию «Газета.uz». С условиями использования материалов, размещенных на сайте интернет-издания «Газета.uz», можно ознакомиться по ссылке.



Знаете что-то интересное и хотите поделиться этим с миром? Пришлите историю на sp@gazeta.uz

Made on
Tilda