Другое преимущество чистой математики заключается в том, что для того, чтобы ею заниматься, не нужны большие деньги. В Чили несколько лет назад меня поддерживала Национальная комиссия по научным и технологическим исследованиям (CONICYT). В Канаде получал финансирование от NSERC — Совета по естественным наукам и инженерным исследованиям, который поддерживал учёных по всей стране. Здесь, в Узбекистане, мои студенты тоже подают заявки на финансирование через различные программы.

В Ташкент я прилетел в конце лета 2025 года. Стояла жара, которая, как я понял позже, держится здесь большую часть года. Тогда исследовал город преимущественно пешком. По выходным ходил от своего жилого комплекса Akay City на улице Кары-Ниязи до площади Тараса Шевченко. Удивлялся контрастам, в том числе соседству современных зданий и советской застройки. Город казался глубоко привязанным к своим традициям, но при этом довольно светским.

В Ташкенте большое количество машин. Их паркуют везде, включая тротуары. Не все водители уступают дорогу пешеходам, хотя на перекрёстках есть чёткие знаки, обязывающие делать это. Знак «Стоп» — это не предложение, а требование, которое должно соблюдаться. Водят безрассудно, особенно молодёжь. Своим студентам говорю: «Будьте осторожны на дороге. Я хочу видеть каждого из вас завтра в классе».

Нечто подобное наблюдал в Абу-Даби 11 лет назад, в 2015 году. Езда по городу и на трассах была крайне опасной. Культура вождения там со временем изменилась, и здесь тоже произойдут перемены. Считаю, что строить мосты и подземные переходы, чтобы пешеходы обходили машины — не выход. Правильным решением будет работать над повышением культуры вождения — чтобы водители уважали пешеходов и велосипедистов, и наоборот. Хотелось бы видеть улучшения в сфере безопасности дорожного движения в Ташкенте.

Долгосрочных планов оставаться здесь или где-либо ещё у меня нет. В целом, Узбекистан, несмотря на некоторые недостатки, кажется мне очень хорошим местом для семьи. Особенно столица. Она безопасная — по мировым меркам, с низким уровнем влажности (влажная погода для меня просто невыносима!), тёплый, со множеством мест для посещения. К сожалению, на Западе безопасность всё больше становится привилегией для тех, кто может за неё заплатить. Здесь совсем иначе. Надеюсь, что так и останется.

За пределами Ташкента был только в Самарканде. Заметил, что если продавец не говорит по-английски, всегда найдётся кто-то помоложе, кто поможет.

Меня удивляет, как легко в Узбекистане люди переключаются между узбекским и русским. В Бельгии, например, три официальных языка, но там так не смешивают и не переключаются с одного на другой. Похожая ситуация в Канаде — там люди говорят либо на английском, либо на французском, но редко смешивают оба. Здесь же узбекский и русский используют попеременно. Я нахожу это странным, но при этом очень увлекательным.

Свободное время провожу по-разному. В прошлом году много бегал вдоль улицы Мирзо Улугбека, поднимался по лестнице в своём жилом комплексе — 25 этажей вверх-вниз, чтобы компенсировать обилие вкусной еды, которую здесь невозможно не есть. Сейчас больше работаю над математическими задачами в кофейнях и дома — по выходным.

Вообще, лучше всего заниматься вычислениями мне удаётся в McDonald's — получается сосредоточиться на своих делах, не обращая внимания на шум вокруг. В Ташкенте чаще хожу в турецкое заведение на первом этаже ТЦ Park in Mall. Пью чай и работаю. Несколько статей были задуманы именно за чашкой турецкого чая. Это просто восхитительное время!

Одно из немногих увлечений, которым я верен — игра на гитаре. Отец ещё в детстве научил меня базовым нотам и аккордам. Играю и на электрогитаре, и на акустической. Вторую предпочитаю больше — она звучит мягче, нежнее. В Ташкент не смог её привезти, но в прошлом семестре пару раз заходил в музыкальный зал на кампусе и играл там.

Регулярно встречаю одного уличного музыканта по пути на работу. Он играет под мостом на пересечении улицы Абдуллы Кадыри и проспекта Мустакиллик. Родом из Грузии, отлично знает рок 1970-х: Iron Butterfly, Deep Purple и многие другие группы. Каждый раз, когда вижу его, подхожу, и он разрешает мне поиграть на его гитаре.

Люблю рок. Моё сердце отдано Creedence Clearwater Revival. Они существовали всего четыре года, с 1968 по 1972-й. Меня тогда ещё не было на свете, но с этой группой у чувствую особую связь.

В Ташкенте стараюсь не пропускать живую музыку. Прошлой весной три дня подряд ходил на Международный джазовый фестиваль позади Дворца международных форумов. Это было замечательно! Бывал и в Государственной консерватории Узбекистана на концерте рождественских песнопений.

— Первое узбекское слово, которое вы выучили?

— «Рахмат» («Спасибо»), «Салом» («Привет»).

— Любимое узбекское блюдо?

— Конечно, плов. Ещё люблю шурпу. В целом еда здесь свежая, чистая и вкусная. Можно легко набрать вес, так что мне нужно немного притормозить (смеётся).

— Какое место вы показываете всем, кто приезжает к вам в гости?

— Центр исламской цивилизации. Это очень красивое место. Tashkent City Mall и прилегающие территории тоже заслуживают внимания.